Эксперименты в условиях иерархии

После 1978 года Китай изменил многие свои экономические институты, не имея готового плана. Себастьян Хайльманн утверждает, что это происходило посредством особого процесса «экспериментирования в условиях иерархии»: местные органы власти пробуют новые меры с одобрения или попустительства вышестоящих уровней, успешные эксперименты постепенно распространяются «от точки к поверхности», а неудачные прекращаются. Местная инициатива сочетается с полномочиями центральной власти отбирать, пересматривать и масштабировать нововведения.

Хайльманн (2008) выделяет три основных инструмента: экспериментальные нормативные акты, издаваемые на временной основе, экспериментальные пункты (шидянь), где политика опробуется в отдельных единицах, и экспериментальные зоны с широкими полномочиями по усмотрению, наиболее известными из которых являются специальные экономические зоны. Он возводит этот метод к революционным опорным базам Коммунистической партии до 1949 года, где Мао и другие разработали практику проверки политики в одном месте, прежде чем распространять её повсеместно. Вместе с Элизабет Перри он описал получившуюся модель как «адаптивное управление», а в книге «Красный лебедь» (2018) утверждал, что такой неортодоксальный процесс выработки политики помогает объяснить возвышение Китая. В близком по смыслу анализе Китая как системы «авторитаризма с региональной децентрализацией» Чэнган Сюй подчёркивает, что центр контролирует кадровые назначения, тогда как субнациональные органы власти управляют значительной частью экономики. Это делает местные эксперименты возможными и создаёт у чиновников стимулы к конкуренции.

• Деколлективизация сельского хозяйства: система ответственности домохозяйств распространилась из деревень провинций Аньхой и Сычуань в конце 1970-х годов и была одобрена на национальном уровне в начале 1980-х.
• Специальные экономические зоны, созданные в 1980 году, начиная с Шэньчжэня, Чжухая, Шаньтоу и Сямэня.
• Пилотные проекты по реструктуризации государственных предприятий, правам на землепользование и финансовой реформе.
• Пилотные проекты зон свободной торговли, начавшиеся в Шанхае в 2013 году.

Пилотные площадки часто выбирают потому, что у них высоки шансы на успех, а местные чиновники заинтересованы отчитываться об успехах. Поэтому то, «что работает» в рамках пилотного проекта, может не сработать в других местах. Экспериментирование происходит только там, где центр его допускает: пилотные проекты по политическим реформам, таким как конкурентные выборы в волостях и посёлках, проводились в 1990-х и 2000-х годах, но не были распространены повсеместно. В нескольких исследованиях утверждалось, что акцент Си Цзиньпина на «проектировании на высшем уровне» и антикоррупционная кампания усилили неприятие чиновниками риска и сократили масштабы экспериментов; Хеффер и Шуберт (2023), напротив, полагают, что от местных органов власти по-прежнему ожидают новаторства и теперь оказывают на них давление, побуждая к нему. Вопрос о том, стало ли экспериментирование причиной экономического роста Китая или лишь сопровождало его, остаётся предметом интерпретации.

Экспериментирование в условиях иерархии широко признаётся описанием того, как проводились многие экономические реформы в Китае. Эта модель стала ориентиром при разработке пилотных проектов в других странах, а также для сравнения с федеральными «лабораториями демократии», где эксперименты инициируются избранными субнациональными органами власти, а не санкционируются сверху.