Что произошло. Парламент дал окончательное одобрение 17 сентября 2025 года; закон датирован 23 сентября, опубликован в Gazzetta Ufficiale (Serie Generale n. 223) 25 сентября и вступил в силу 10 октября 2025 года. Он состоит из 28 статей; статья 1(2) устанавливает, что его необходимо толковать и применять в соответствии с Законом ЕС об ИИ, а статья 3(5) — что он не вводит для систем ИИ и моделей общего назначения никаких обязательств сверх предусмотренных Законом ЕС об ИИ. Его широко называют первым всеобъемлющим национальным законом об ИИ государства — члена ЕС (Squire Patton Boggs).
Основные положения. Согласно тексту, опубликованному в Gazzetta Ufficiale, закон:
- устанавливает такие принципы, как прозрачность, соразмерность, безопасность, защита данных, точность, недискриминация, гендерное равенство и устойчивое развитие, а также требует уважать автономию человека и его способность принимать решения, обеспечивать объяснимость и человеческий надзор (статья 3);
- обязывает органы государственного управления обеспечивать людям возможность узнать, как работает ИИ, и отслеживать его применение, а также использовать его только как инструмент поддержки, при этом лицо, принимающее решение, сохраняет за собой исключительную ответственность за него (статья 14);
- закрепляет за судьёй право принимать все решения по толкованию и применению закона, оценке фактов и доказательств и вынесению постановлений, а до полного внедрения Закона ЕС об ИИ ставит эксперименты с ИИ и его применение в судах общей юрисдикции в зависимость от разрешения Министерства юстиции (статья 15);
- обязывает работодателей информировать работников об использовании ИИ (статья 11) и учреждает при Министерстве труда обсерваторию по вопросам ИИ в сфере труда (статья 12);
- требует согласия родителей для доступа детей младше 14 лет к технологиям ИИ (статья 4(4));
- ограничивает авторское право произведениями, созданными человеком, включая произведения, созданные с помощью инструментов ИИ, если они являются результатом интеллектуального труда автора (статья 25);
- вводит общее отягчающее обстоятельство для правонарушений, совершённых с помощью ИИ, и новый состав преступления — незаконное распространение созданных или изменённых с помощью ИИ изображений, видеозаписей или голосов, причиняющее неправомерный вред; наказание — лишение свободы на срок от одного года до пяти лет (статья 26);
- разрешает инвестиции в акционерный и квазиакционерный капитал компаний в сферах ИИ, кибербезопасности, квантовых технологий и телекоммуникаций на сумму до €1 миллиарда (статья 23);
- назначает Агентство цифровой Италии (AgID) и Национальное агентство кибербезопасности (ACN) национальными органами по вопросам ИИ, возлагая на ACN надзор, проверки и применение санкций (статья 20), и делегирует правительству полномочия принимать законодательные декреты, которые должны быть приняты в течение двенадцати месяцев (статья 24).
Почему это важно. Государства — члены ЕС могут принимать законодательство по вопросам, которые Закон ЕС об ИИ оставляет на их усмотрение, например в отношении государственного сектора, правосудия и уголовного права. Италия воспользовалась этой возможностью, закрепив в административном праве правило об ответственности человека. Выбор двух правительственных ведомств в качестве органов по вопросам ИИ вместо независимого регулятора вызвал споры, поскольку независимость особенно важна, когда пользователем ИИ выступает само государство.
За чем следить. За принятием подзаконных декретов; за тем, как в административных судах применяется критерий «вменяемости лицу»; и за тем, как итальянские правила соотносятся с графиком ЕС для высокорисковых систем, сроки которого были перенесены в 2026 году.